7TP dw PZInż.120

&

7TP jw PZInż.220

 

 

7TP dw PZInż.120

Легкий по массе пехотный танк

 

7TP jw PZInż.220

Польша

Легкий танк

 

 

Основная статья: Польское танкостроение 1929-1938гг.

Легкая классика и её обновления

 

 

    В некоторых источниках можно найти, что в 1931г. польское правительство приняло решение на базе закупленных в Британии легких танков Vickers Mk.E (Рис.1) разработать собственную машину.

 

Рис.1 – Танк Mk.E Type А в конфигурации польского заказа.

 

     Работы были развернуты в конце 1932 года силами конструкторского бюро бронетанковой техники Военного инженерно-исследовательского института и Государственных инженерных предприятий (PZInż).

    По другой версии, как уже упоминалось выше, вместе с партией «виккерсов» английской сборки поляки приобрели и лицензию на их производство, но лицензия не распространялась на двигатель. Для замены поляки выбрали швейцарский 6-цилиндровый дизельный двигатель с жидкостным охлаждением Saurer VBLDb (Рис.2) мощностью 110 л.с. (при 1800 об/мин.), который уже производился в Польше по лицензии под названием PZInż.235 – некоторые считают, что замена двигателя произошла по причине того, что поляки сочли британский двигатель пожароопасным.

 

Рис.2 – Дизельный двигатель Saurer.

Такие же швейцарские двигатели устанавливались на грузовики Saurer Dauntless.

 

     В результате этого, как считается, случайного выбора (пишут, что Saurer оказался единственным двигателем, подходящим по размеру и мощности из производившихся в то время в Польше) польский аналог Vickers Mk.E стал первым серийным дизельным танком в мире. Габариты дизеля Saurer за счет водяных радиаторов были больше, что потребовало увеличить вверх моторное отделение – появился характерный горб, при этом воздухозаборники стали лишними. (Рис.3)

 

Рис.3 – Продольный разрез корпусов Vickers Mk.E с родным двигателем (вверху) и машины с дизельным двигателем Saurer (внизу).

 

    Ещё одной особенностью польского танка была конструкция главного фрикциона с многодисковым сухим сцеплением. (Рис.4)

 

Рис.4 – Схема главного фрикциона танка 7ТР, выполнена советскими специалистами в 1940г.

 

    Поляки также решили увеличить толщину бронирования танка. Вместо 13-мм гомогенных бронелистов в лобовой проекции предполагались 17-мм поверхностно закалённые.

    Данная польская модификация Vickers Mk.E получила в литературе, как пишут, с легкой руки историка Януша Магнуского, обозначение 7TP (некоторые предлагают такую расшифровку: 7-Tonowy Polsky, т.е. «семитонный польский») и заводский индекс PZInż.120. 

    Проектирование было завершено, как будто, 24 июня 1933 года. В августе 1934г. выкатили прототип новой машины (серийный номер 1595). Машина носила огнедышащее имя «Smok» («Дракон»). Пишут, что опытный образец был частично изготовлен из неброневой стали – на мой взгляд, переделке подвергся серийный двухбашенный виккерс, новый двигатель укрыли «горбом» из небронированной стали. (Рис.5)

 

Рис.5 – Прототип 7TP, август 1934г.

 

    Машина тестировалась на ходовых испытаниях, продолжавшихся с 16 августа по 1 сентября, танк прошел 1100 км. (Рис.6)

 

Рис.6 – Испытания прототипа 7TP.

 

    13 августа 1935 года на полигон был доставлен второй прототип, опять-таки выполненный из неброневой стали с названием Słoń (Слон, номер 1596), пишут также, что этот танк был построен из неких деталей, купленных в Британии. (Рис.7)

 

 

Рис.7 – Второй прототип 7TP в качестве бронедрезины, 1936г.

 

     Существует также мнение, что был изготовлен и третий опытный образец (номер 1597).

     Ходовая часть танка 7TP также была немного изменена по сравнению с Vickers Mk.E. (Рис.8)

 

Рис.8 – Ходовая часть танка 7ТР.

 

     Переделке подверглись траки, получившие новые пальцы. Они стали чуть легче, чем траки Vickers Mk.E, при этом ширина увеличилась с 260 до 268 мм. Тем самым удалось уменьшить удельное давление на грунт и скомпенсировать рост массы. Подвеска 7TP также имела отличия – количество рессор сократилось, появился жёсткий рычаг, который снизил нагрузку на рессоры. Кроме того, была усилена конструкция ленивца.

    В марте 1935 года была заказана первая серия двухбашенных 7ТР с пулемётным вооружением – для их оснащения использовались башни, снятые с «виккерсов», переделываемых в однобашенные варианты – т.е. количество двухбашенных 7ТР могло достигать 22 штук. После WWII польские историки придумали обозначение для танков 7TP с двумя башнями – 7TP dw (dwuwieżowy – двухбашенный). Вероятно, все 7TP dw вооружались пулеметами Browning wz.30. (Рис.9)

 

 

Рис.9 – На представленных машинах видно отсутствие воздухозаборников, характерных для модифицированных виккерсов VAU-33 dw.

 

     Серийный 7ТР в двухбашенном варианте имел массу 9,4 тонны. Габариты: длина – 4990 мм, ширина – 2410 мм, высота – 2160 мм, клиренс – 376 мм. Бронирование танка усилили: толщину лобовых листов довели до 17 мм, правда, люк водителя имел толщину всего в 10 мм, толщина бронирования борта корпуса также варьировала от 17 мм в передней части до 9 мм в задней (даже 6 мм в ранних сериях, при этом на машинах ранних серий в задней стенке силового отделения имелись вентиляционные жалюзи для системы охлаждения), крыша и днище корпуса бронировались 5-мм листами, башни имели вертикальное круговое 13-мм бронирование, но бронирование крыши башен составляло всего 5 мм. Экипаж 7ТР dw состоял из трёх человек. Для наблюдения в бортах башен были выполнены по две смотровые щели, защищенные бронестелками, а рядом с пулеметами устанавливались телескопические прицелы. У водителя имелся передний двухстворчатый люк, в котором также была вырезана смотровая щель. Перископические приборы на двухбашенных танках не устанавливались. Вооружение – два 7,92-мм пулемета Browning wz.30 в каждой башне. Циркуляция воздуха внутри моторного и боевого отделения обеспечивалась двумя вентиляторами. Боезапас к обоим пулеметам мог составлять 6000 патронов. Изюминкой польского танка являлся дизельный, жидкостного охлаждения 6-цилиндровый двигатель Saurer VBLDb (PZInż.235) мощностью 110 л.с. при 1800 об/мин. Трансмиссия танка, располагавшаяся в передней части корпуса, включала карданный вал, многодисковый главный и бортовые фрикционы, бортовые передачи, приводы управления и коробку переключения передач. (Рис.10)

 

Рис.10 – Схема моторно-трансмиссионной группы танка 7ТР, выполненная советскими специалистами в 1940г.

 

     Скорость при движении на первой передаче составляла 7 км/ч, на второй — 13 км/ч, на третьей — 22 км/ч и на четвертой — 32-37 км/ч. Оба топливных бака – один основной на 110 литров, другой запасной на 20 литров – располагались крайне неудачно – в передней части машины. Основной бак находился рядом с местом водителя, запасной — рядом с коробкой передач. Примерный расход топлива при движении по шоссе составлял 80 литров на 100 км, а при движении по местности он увеличивался до 100 литров на то же расстояние (примерно 22 литра в час). Запас хода по шоссе – 150 км, по местности – 130 км (в советских источниках указываются цифры 195/130 км). Ходовая часть применительно на каждый борт состояла из четырех двухкатковых тележек, сблокированных попарно с подвеской на листовых рессорах, 4-х поддерживающих роликов, переднего ведущего и заднего направляющего колеса. Гусеничная цепь — мелкозвенчатая, со 109 стальными траками шириной 267 мм. Длина опорной поверхности гусениц составила 2900 мм. Преодолеваемые препятствия: угол подъёма 35°, высота стенки 0,61-0,70 м, глубина брода – 1,00 м, ширина рва 1,82 м.

    Встречаются сведения о том, что в процессе дальнейшей модернизации часть двухбашенных танков 7TP, как пишут: «в частном порядке» была оснащена радиостанциями RKBc (RKB\C) или N2C. Дальность связи была, соответственно, 6 и 25 км. Также предусматривалось два варианта установки мачтовых антенн. В первом случае одна антенна устанавливалась за башнями, во втором случае на танк устанавливалось две антенны впереди и сзади башен. Из-за нехватки оборудования радиостанции получили только танки командиров взводов, рот и батальонов. По другой версии, радиооборудование получили единичные машины командиров из состава 12-го танкового отделения (- танковой роты).

     Решение вооружить 7TP двумя пулеметами в башнях было временным, поскольку польские военные к тому времени еще не определились с типом орудия для своего танка. 47-мм английская пушка однобашенного «виккерса» была отклонена, так как имела плохую бронепробиваемость. Англичане предложили новую шестиугольную башню с более мощной 47-мм орудием, но и это предложение поляки отвергли. Требования к артиллерийской системе предъявлялись вполне стандартные. В частности, танковое орудие должно было иметь компактные размеры, высокую скорострельность, возможность борьбы с бронетехникой противника и хорошие эксплуатационные качества. В течение 1934-1936гг. было рассмотрено по меньшей мере шесть вариантов: противотанковая польская 47-мм пушка «Пуля» (armate 47 mm «Pocisk»), 55-мм пушка конструкции Zaklady Starachowickie (ZS), 47-мм пушка конструкции инженера Рогла (Rogla), 40-мм пушка L55, 40-мм танковая пушка Vickers и 40-мм пушка ZS (возможно – копия Bofors аналогичного калибра). Наконец, обратили внимание на шведскую 37-мм пушку фирмы Bofors, которая уже была принята поляками на вооружение в буксируемом варианте в качестве противотанкового орудия, а в 1935г. появился танковый вариант этого орудия 37 Psv.K/36, размещавшегося на шведских танках L-30 – L-10. Приводится, что шведская танковая 37-мм пушка Bofors для своего времени обладала высокими боевыми качествами и была способна поражать практически любой танк. На дистанции до 300 метров бронебойный снаряд мог пробивать броню толщиной до 60 мм, до 500 метров – 48 мм, до 1000 метров – 30 мм, до 2000 метров – 20 мм. Бронебойный снаряд весил 700 грамм и развивал начальную скорость 810 м/с. Практическая дальность составляла 7100 метров, скорострельность — 10 выстрелов в минуту.

     Итак, было принято решение, что на однобашенные 7ТР будут установлены 37-мм пушки Bofors, закупки которых предполагалось осуществить в Швеции. В ходе переговоров фирма Bofors согласилась поставить не только пушки, но и изготовить башню, как пишут некоторые: «по предоставленным чертежам».

    Очевидно, в 1936г. появился прототип 7TP в однобашенном варианте с 37-мм Bofors – 7TP jw (jednowieżowy — однобашенный), вспомогательным вооружением танка стал спаренный с орудием 7,92-мм пулемёт wz.30 с водяным охлаждением. Точнее говоря, на корпус 7TP целиком приладили двухместную башню от L-10 вместе с орудием, хотя в некоторых источниках считают, что на прототип поставили новую башню, разработанную фирмой Bofors по польскому заказу. Поскольку пишут, что разработка башни длилась с декабря 1935г. по ноябрь 1936г. – следовательно, прототип однобашенного танка 7TP не мог появиться ранее ноября 1936г. (Рис.11)

 

Рис.11 – Прототип 7TP jw.

 

    Башня была выполнена в форме усеченного конуса и имела дифференцированное бронирование. Лобовая часть, борта, корма и маска пушки изготовлялись из бронелистов толщиной 15 мм, крыша имела толщину 8-10 мм. Из-за особенностей компоновки корпуса башню пришлось установить со смещением на левый борт. (Рис.12)

 

Рис.12 – Смещение башни к левому борту.

 

    Инженер Фабриковский под башню несколько изменил конструкцию танка. Изменения коснулись подбашенной коробки и размещения аккумуляторных батарей, которые были перенесены из боевого отделения в трансмиссионное.

   Впрочем, на серийных 7TP jw ставили другую башню – с развитой кормовой нишей для установки радиостанции или дополнительного боекомплекта и общей маской для орудия и пулемета, кроме того, люк для посадки экипажа теперь находился не с кормы башни, а не ее крыше. (Рис.13)

 

Рис.13 – Башня для танка 7TP jw с кормовой нишей.

 

    Некоторые считают, что башня подверглась переделке в Польше, но известно, что шведская фирма Bofors поставляла аналогичные башни в Финляндию (Рис.14), а вот механизм поворота этой башни действительно изготавливало польское предприятие SMPzA.

 

Рис.14 – Финские «виккерсы» с башней Bofors.

 

     Характеристики башни были следующими: диаметр – 1320 мм, погон – 1170 мм, наклон бортовых бронелистов – 10°, толщина кругового бронирования и маски пушки – 13,6 мм или 15 мм, на крыше – 8-10 мм. По периметру стенок была выполнена щель, служившая для вентиляции при стрельбе. Очень органично была выполнена внутренняя компоновка – при откате орудия порядка 200-230 мм (при любом угле возвышения/отклонения) артиллерист мог безопасно находится прямо напротив него.

   Но, как пишут, для серийного производства поляки внесли еще некоторые изменения в конструкцию башни, почему «польская» башня стала отличаться от «финской». Верхний лист получился более простым, что одновременно делало менее сложным его производство и улучшало пулестойкость. Кроме того, в башне появилась система вентиляции, что в боевых условиях являлось безусловным плюсом. (Рис.15)

 

Рис.15 – Схема башни 7TP jw.

 

    Немного изменилась установка вооружения, усилили бронировку орудия. Изменения были связаны с тем, что 7TP имел другое вспомогательное вооружение. Вместо шведского варианта Schwarzlose M.07/12 с пушкой был спарен пулемёт Ckm wz.30 – польский вариант Browning M1917. Этот пулемёт был несколько больше, поэтому пришлось переделывать его установку, включая бронировку. (Рис.16)

 

Рис.16 – Вверху – установка вооружения на 7ТР вид изнутри; внизу – вид снаружи.

 

   В то время как на финской машине имелся большой люк по центру крыши башни, у польской машины его сместили вправо. По конструкции этот люк несколько напоминал тот, что ставился на Strv m/31. Новый люк появился одновременно с появлением кормовой ниши, в которой была установлена радиостанция. (Рис.17)

 

Рис.17 – Вид на крышу башни 7ТР.

Цифрой 1 отмечен перископ командира, а цифрой 3 – перископический прицел наводчика в бронировке.

 

     Источники отмечают также, что однобашенные танки 7TP получали оптику польского производства (Bofors отказалась от поставок смотровых приборов и механизмов подъёма орудия, едва ли уже ни в 1937г.) – оптический видоискатель LCz-1×30, перископический наблюдательный прибор wz.37 (Рис.18) и панорамный перископ конструкции инженера Гундлаха (wz.34), кроме того, в бортах башни появились призматические смотровые приборы, прикрытые бронестеклом.

 

Рис.18 – Перископический прицел наводчика. Одновременно он являлся и перископическим прицелом, связанным тягой с орудийной установкой.

 

   Следует отметить, что польские башни выполнялись из высококачественной брони, оказавшейся лучше английской брони на башнях танков Vickers Mk.E. У башни 7TTP ПТП (предел тыльной прочности) составил 777 м/с, в то время как на английской башне -722 м/с; а ПСП (предел сквозного пробития) у башни 7TP – 817-828 м/с, а для башни Vickers Mk.E – 790 м/с. (Рис.19)

 

Рис.19 – Во время испытаний в СССР вскрылось, что при обстреле башен из 45-мм советской пушки английская броня раскалывалась, а польская броня отколов не давала.

 

    После испытаний башни, проведенных в период с 3 по 17 февраля 1937 года, она была признана польской армией пригодной для установки на танки 7ТР.

    Изменения, внесенные в конструкцию танка 7TP в связи с созданием на его базе однобашенного варианта, посчитали столь существенными, что 7TP jw получил фирменное обозначение PZInż.220. (Рис.20, Рис.21)

 

Рис.20 – Серийный 7TP jw c 37-мм пушкой Bofors в башне с кормовой нишей.

 

Рис.21 – Видна маска танка, но не совсем понятно, что с ходовой частью – где поддерживающие ролики?

 

   Серийный 7ТР в однобашенном варианте имел массу в 9,9 тонн. Длина 4750 мм, ширина 2400 мм, высота 2273 мм, клиренс 381 мм. В целом, за исключением башни, бронирование 7TP jw не отличалась от схемы бронирования 7TP dw. Толщина лобового листа корпуса и лба подбашенной коробки составляла 17 миллиметров. Правда, при этом пришлось пойти на снижение толщины бортовых листов корпуса в районе моторного отделения до 13 или 10 мм. Крыша корпуса – 10 мм, днище – 9,5 мм. Толщина брони башни составляла 15 мм. Часть листов была изготовлена из гомогенной брони, часть – из цементированной. (Рис.22)

 

Рис.22 – Схема бронирования 7ТР jw, выполненная советскими специалистами.

 

    Лобовой лист корпуса пробивался бронебойной пулей 12,7-мм пулемёта на дистанции 100 метров, а броня толщиной 15 мм пробивалась на дистанции 200-250 метров. Экипаж по-прежнему составлял 3 чел. Водитель располагался в передней части корпуса справа, командир — в башне справа, наводчик — в башне слева. Вооружение одна 37-мм пушка Bofors и один 7,92-мм пулемет wz.30 (иногда указывают wz.28). В некоторых источниках утверждается, что на серийные танки 7ТР ставили не «родные» 37-мм пушки Bofors, а танковый вариант польского аналога Armata przeciwpancerna wz.36 – пушки wz.37. Боекомплект 37-мм орудия составлял 80 снарядов. Боекомплект для пушки размещался следующим образом: 76 выстрелов в нижней части боевого отделения и 4 выстрела в башне. Боекомплект к пулемету составлял 3960 патронов. (Рис.23)

 

Рис.23 – Продольный разрез 7ТР, хорошо видно размещение укладки к орудию.

 

     На фотографиях можно встретить машины 7ТР с немного по-разному выполненной кормой. В одном случае – жалюзи без видимого глушителя, в другом – вероятно, два откидных бронелиста с глушителем над ними. В литературе эта особенность 7ТР не обыгрывается, но, возможно, при открытых жалюзи, глушитель демонтировался. (Рис.24)

 

 

Рис.24 – Вид на корму танков 7ТР.

 

    С осени 1938 года в башнях танков 7ТР командиров батальонов, рот и взводов устанавливались польские радиостанции N2/C или RKBc. Всего до войны поляки успели произвести 38 этих радиостанций (в 1937-м — две, в 1938-м — 12 и в 1939 — 24 штуки), из которых не все были установлены на танки. (Рис.25)

 

Рис.25 – Радиофицированный танк, на крыше просматривается антенна.

 

    Производство танков 7ТР.

    Несмотря на расхождения в деталях, касающихся размеров партий и точных сроках их производства, в основном, источники сходятся в оценке общего числа произведённых 7ТР. С учётом двух прототипов, было выпущено 134 танка этого типа в двух вариантах – двухбашенном и однобашенном. Финансовые возможности польского министерства обороны позволили ему закупать по одной роте танков в год. Заказы на поставку комплектующих для 7ТР распределили между десятком предприятий, но окончательная сборка производилась силами PZInż. С 1936 года к выпуску танков был подключен завод в Урсусе, где открылись новые производственные мощности. Броневые плиты поступали с завода “Batory”.

     После первого заказа на 22 двухбашенные машины в 1935 году, в течение оставшихся месяцев 1935 года собрали 18 машин и 4 танка в следующем 1936г. Второй контракт на 16 танков был подписан 7 февраля 1936 г., причем планировали выпускать двухбашенные 7TP dw, но после сборки двух танков последовало распоряжение прекратить выпуск двухбашенных 7ТР и перейти на выпуск танков с одной башней и 37-мм пушкой. Всего по контракту 1936г. построили 2 7TP dw и 14 7TP jw. На 1937 год было заказано 18 7ТР, но затем, благодаря продаже четырёх рот старых французских Renault FT республиканцам, стало возможным в 1937 году сделать большой дополнительный заказ на 49 новых танков, приемка танков по этому заказу проводилась двумя партиями: с ноября по декабрь 1938 г. было принято 16 машин, а в январе-феврале 1939г. – остальные 33. Пятый по счету контракт на 18 (некоторые указывают 16) танков 7TP jw был выполнен в период с июня 1938г. по май 1939г. В апреле 1939 года был срочно оформлен шестой контракт на поставку 32 танков. Сроки поставок оговаривались следующим образом: 11 машин к 31 августа и 21 машина к 30 сентября. 11 машин из этой партии были сделаны в срок и считается, что они поступили в войска уже в сентябре 1939-го. Это были последние произведенные танки 7TP.

 

Таблица – Количество заказанных и произведенных танков типа 7ТР.

Год заказа	количество	состояние
1934г.	2	7TP dw два опытных образца – конверсии Vickers Mk.E или VAU-33 построены в 1934-1935гг.
1935г. (03.1935 – 03.1936)	22	7TP dw выпущены к лету 1936г.
1936г. (02.1936 – 02.1937)	16	2 шт. – 7TP dw 14 шт. – 7TP jw выпущены к весне 1937, часть без вооружения, довооружались впоследствии
1937г.	18 49	7TP jw выпущены к маю 1938г. выпущены к марту 1939г.
1938г.	16/18	7TP jw выпущены к лету 1939г.
1939г.	32	11 шт. – 7TP jw до сентября 1939г. выпустили 11 штук.

 

     Таким образом, всего было собрано 132/134 серийных танка типа 7ТР: 108/110 7TP jw и 24 шт. 7TP dw.

    Следует заметить, что производственная программа выпуска танков 7TP jw была намного шире. В январе 1939 года завершили расширение производственных мощностей PZInż, что позволяло выпускать по 24 танка ежемесячно. Исходя из новых возможностей, 5 июня 1939г. был заключен контракт на 50 танков со сроком сдачи с декабря 1939 по февраль 1940 года. Далее, 29 июня, последовал заказ ещё на 150 машин, которые предстояло выпустить в марте-апреле 1940 г. При этом, 100 танков должны были нести усиленное бронирование. Последние два контракта были оформлены за несколько недель до войны — 8 и 16 августа. Планировалось, что в течение весны-лета 1940 года удастся получить ещё 82 танка, из которых 32 (второй заказ) предназначались для 10 моторизованной кавалерийской бригады. Таким образом, за 1939-1940 года польская армия рассчитывала получить не менее 282 танков.

     Интерес в приобретении танков 7ТР высказывали многие страны.

    В январе 1937г. Швеция выступила с предложением закупить один танк для тестов и от 20 до 60 небронированных шасси, но польское правительство уклонилось от сделки.    

    Отказали и Голландии.

    В 1937г. эстонская армия ознакомилась с танками 7ТР и была заинтересована в закупке 4 машин в однобашенном варианте. Поляки же вместо стандартного варианта 7TP jw предложили Эстонии комбинированный вариант: шасси и корпус от 7ТР, а башни от Vickers Mk.E Type B. В итоге эстонцы отказались от закупок польской техники.

    В 1938г. поляки передали (точнее, продали) Турции пакет технической документации для лицензионного выпуска танков 7ТР, но началась WWII, и дело замялось.

    Нереализованным остался заказ на 36 танков от Югославии и Греции.

    Как будто, были какие-то разговоры с Болгарией, также ни к чему не приведшие.

    Понятно, что главной причиной неудачи экспортных поставок танков 7ТР выступали ограниченные промышленные мощности польских предприятий.

   Эксплуатация танков 7ТР.

    Первые четыре двухбашенных танка 7ТР в сентябре 1935 года были направлены в 3-й бронебатальон дислоцированный в Варшаве. Спустя менее чем полгода было получено ещё 14 танков, что позволило полностью укомплектовать это подразделение, которому по штату полагалось 15 7ТР. Остальные 4 машины из первого заказа передали в 11-й учебный батальон Модлинского учебного центра бронесил. Далее все танки направлялись в состав 3-го бронебатальона, который также получил первые 12 радийных танков однобашенной модификации. (Рис.26)

 

 

Рис.26 – Взвод танков 7ТР на учениях в Блендовской пустыне.

 

     Две роты танков 7ТР (всего 32 машины – здесь же, очевидно, посчитаны и несколько VAU-33) были включены в состав оперативной группы «Силезия», которая в сентябре 1938 года провела на Волыни демонстрационные учения, а в октябре 1938 года участвовала во вторжении в Тешинскую Силезию – спорную с Чехословакией область. Чехословацкая армия не оказала никого сопротивления агрессору, поэтому участие танков 7ТР в конфликте носило скорее психологический характер. (Рис.27, Рис.28)

 

Рис.27 – Польский танк 7ТР из состава 3-го танкового батальона (танк 1-го взвода) преодолевает пограничные чехословацкие укрепления в районе польско-чехословацкой границы.

 

 

Рис.28 – Строй танков 7ТР в городе Тешин, 1938г.

 

    По состоянию на 23 ноября 1938 года парк танков 7ТР обоих модификаций насчитывал 58 единиц (49 в мобилизационном запасе и 3 учебных). Из этого количества 25 танков находилось в 3-го бронебатальоне, 5 в Учебном центре бронетанковых войск и 1 опытный.

   В период с декабря 1938 по май 1939 года большая часть машин четвертого заказа была направлена во 2-й бронебатальон дислоцированный в Журавице и, частично, в 3-й бронебатальон для замены двухбашенных машин. Впоследствии четыре 7ТРdw были переданы в Учебный центр. Таким образом, зимой 1939 года, 2-й бронебатальон имел 44 однобашенных и 17 двухбашенных 7ТР. К августу количество однобашенных 7ТР увеличилось до 47, а двухбашенных сократилось до 10 единиц. В то же время 3-й бронебатальон располагал 49 однобашенными и 7 учебными двухбашенными 7ТР, в число которых входил второй прототип. Остальные 10 машин находились в составе танкового парка Учебного центра в Модлине. Из них — 8 были двухбашенными, а один танк являлся первым прототипом, переоборудованным под установку одной башни. Ещё 11 танков в августе 1939 года находились на предприятии и ожидали военной приёмки.

     В сентябре 1939 года польские танки типа 7ТР, особенно в варианте 7TP jw, достаточно успешно применялись против германских войск. Несомненно, польским конструкторам удалось удачно оптимизировать конструкцию Mk.E. Наиболее существенные изменения касались размещения дизельного двигателя жидкостного охлаждения, замены вооружения на более мощное, размещение отличных приборов наблюдения. По совокупности боевых характеристик 7TP jw значительно превосходили и немецкие танки PzKpfw I и PzKpfw II, а некоторые наиболее отчаянные наблюдатели считают, что польские машины 7TP jw были сопоставимы с PzKpfw III (-!!!) и чехословацкими LT vz.35 и LT vz.38. Правда, сами поляки более сдержано оценивали свои 7TP. Во второй половине 1930-х они пришли к мнению, что их танк уступает чехословацкому LT vz.35 в плане бронирования и эксплуатационной выносливости ходовой части. Поляки даже решили купить новинку, но по политическим причинам сделать этого не удалось. (Рис.29)

 

Рис.29 – Чехословацкий легкий танк LT vz.35.

 

   После объявления мобилизации танковые подразделения были переформированы. 3-й бронебатальон был преобразован в 1-й батальон легких танков, а 2-й бронебатальон стал называться 2-м батальоном легких танков. Каждый батальон по штату должен был иметь по 53 танка и другую штатную технику, включая штабной танк и пять тягачей.

    1-й батальон легких танков входил в состав армии “Prusy”, на 1 сентября 1939 года имел в своём распоряжении 49 машин. До 9-го сентября батальон действовал как единый организм, правда, танки поротно придавались пехотным частям. За это время польские танкисты заявили о не менее, чем 10 победах над танками и 3-мя бронемашинами противника при потере 5-ти танков – но потери эти были безвозвратными, поскольку подбитые танки остались на территории противника. К 9 сентября 1-ой батальон потерял централизованное управление. В течение 9-12 сентября основные силы батальона из 24 танков – 3-я рота и отдельные взводы 1-й и 2-й рот – держали оборону в районе Вислы и Пилицы. В нескольких боях экипажам 7ТР удалось подбить и захватить около десятка немецких танков и машин, однако из-за отсутствия топлива воспользоваться этими трофеями в полной мере не удалось и при отступлении все танки пришлось уничтожить или бросить. Шесть 7ТР по той же причине пришлось затопить в Висле. Танки 3-й роты 13 сентября смогли отойти к Гарволина-Рыки, перейдя в распоряжение армии “Lublin”. Их направили в состав Варшавской Броне-Моторизованной Бригады (Warszawskiej Brygady Pancerno-Motorowej). 17 сентября этому соединению поставили задачу прорываться на Львов. В первом бою под Юзефувом 3-я рота уничтожил два немецких танка без собственных потерь, однако следующий бой оказался более сложным. Утром 18 сентября капитан Коссобудзский получил приказ оставшимися 22 танками поддержать атаку 3-й роты 1-го пехотного полка под Томашув Любельским и Пасекой. Немцы потеряли 6 танков, 4 бронемашины и 8 ПТО. Город уже был частично освобожден, когда вермахт нанес мощный контрудар. Танковая рота потеряла в этом бою восемь танков, из которых удалось эвакуировать только один. Около 14 часов удар нанесли основные силы, уничтожив более 20 единиц вражеской бронетехники, но польское наступление на Львов выдохлось. К утру 19 сентября в строю оставалось всего семь 7ТР. Последняя скоординированная атака была предпринята в районе Рогужно, где поляки потеряли ещё 5 танков. Оставшиеся два были уничтожены 20 сентября своими экипажами, чтобы они не попали в руки немцев

     2-й батальон также имел 49 танков. Он входил в Оперативную Группу “Piotrkow” группы армий “Lodz”. До 6-го сентября батальон действовал довольно успешно – было подбито 18 немецких танков, 8 бронемашин и уничтожено 2 орудия ПТО, причем 5 сентября экипаж одного танка 7ТР поджег пять Pz.I и Pz.II. Собственные потери составили 5 танков уничтоженными и 5 поврежденными. Затем батальон разделили на две группы, одна из которых соединилась с Волынской кавбригадой, а вторая (с 24 танками) отошла к югу от Тушина. Через несколько дней было потеряно около 17-ти танков – главным образом, по причине отсутствия горючего и технических неисправностей машин. (Рис.30)

 

Рис.30 – 7ТР, брошенные на дороге.

 

    Остатки 2-го батальона были объединены под командованием капитана Слупского и отступали к Люблину, разделившись на две группы. К 10 сентября им удалось достичь Бреста, где экипажи разместили в казармах 4-го бронебатальона. Танки подвергли ремонту, но вернуть в боеспособное состояние удалось только 14 машин. Из них сформировали одну полноценную роту и 14 сентября танки направились на Ковель. В течение следующего дня рота выдержала несколько столкновений с частями немецкой 3-й танковой дивизии потеряв три 7ТР. Не имея четкой боевой задачи, танкисты вынуждены были действовать на своё усмотрение, пока 17 сентября 1939 года не был получен приказ прорываться в Румынию. Достигнуть границы удалось практически всем танкам, однако из некоторых источников следует, что танкисты бросили машины на польской территории, а сами своим ходом ушли в Румынию (19 сентября). Согласно другим сведениям, румыны интернировали около 20 танков 7ТР. Пишут также, что с 10-ой моторизованной кавалерийской бригадой, отступавшей из-под Томашува-Любельска, в Венгрию тоже попали танки 7ТР, количество их не уточняется – по другим сведениям, танки 7ТР в Венгрию не попали.

   Последний бой танки 7ТР приняли в районе Варшавы. Основную массу варшавских 7ТР составляли 11 танков, которые только проходили военную приемку. Польские танкисты активно обороняли столицу, нанеся определенный урон противнику. По состоянию на 26 сентября у защитников Варшавы осталось всего шесть 7ТР, которые пришлось вывести из строя, во избежание захвата противником.

      Общий итог боевого применения легких танков 7ТР в сентябре 1939г. считают таким образом: примерно 70 машин было уничтожено в боевых условиях, 20 танков в различном состоянии попали в руки немцев, 1 (по другим сведениям, 2 или 3 танка) достался РККА, 13 танков потеряли по техническим причинам и около 20 были интернированы румынскими властями (- последнее вызывает вопросы).

    Немцы оценили танки 7TP jw.  Есть свидетельства, что после очередного боя несколько экипажей оставили свои Pz.I и пересели на 7ТР. (Рис.31)

 

Рис.31 – Немцы и 7ТР.

 

     После поражения Польши несколько захваченных 7ТР были перекрашены по немецкому стандарту и приняли участие в параде победы, который состоялся в Варшаве 8 октября 1939г. (Рис.32)

 

Рис.32 – Польские танки на сборном пункте в Томашуве-Любельском.

 

     В немецких руках 7TP был известен как PzKpfw 7TP(p) или PzKpfw Type 7 T.P. В дальнейшем трофейные польские танки (вероятно, около 40 штук?) вошли в состав вермахта и даже были включены в 1-ю и 4-ю танковые дивизии, также пишут, что ими был укомплектован 203-й отдельный танковый батальон. (Рис.33)

 

Рис.33 – 7ТР с немецкими крестами.

 

    Первым немецким подразделением, получившим 7ТР, стала 4-я рота 1-го танкового полка 1-й танковой дивизии – часть принимала участие во Французской кампании. Затем полк был переброшен в Норвегию, за исключением одной роты, оставленной во Франции. Несколько танков использовалось для несения полицейской службы на оккупированных территориях (в Польше, Белоруссии и Украине) вплоть до 1944 г.

    В сентябре 1939 года несколько 7ТР также досталось в качестве трофеев Красной Армии. По некоторым данным, на территории Западной Украины и Белоруссии частями РККА было захвачено не менее 15 польских танков, но среди них не только 7ТР, но и FT-17, и танки-танкетки и два тягача С7Р. Некоторые считают, что от этого количества машин было примерно четыре повреждённых 7ТР. Три танка 7TP с номерами 5057, 5091 и 5097 отправили на НИБТ Полигон в подмосковную Кубинку. Все прибывшие на полигон машины были не в ходовом состоянии. По этой причине два танка было решено использовать в качестве доноров запчастей. Восстанавливать было решено машину с номером 5091, построенную в 1938 году. Работники полигона полностью разобрали машину. Основным донором запчастей послужил танк с номером 5097, имевший больше повреждений. Танк 5091 привели в полностью работоспособное состояние. (Рис.34)

 

 

 

Рис.34 – Восстановленный советскими танк 7ТР,

серийный номер машины 5091, 1940г.

В советской переписке танк называли «Виккерс Польский».

 

    Это позволило не только изучить машину, но и в период с 7 по 11 октября 1940г провести полноценные ходовые испытания. Восстановленный танк прошел 312 километров, из них — 135 по шоссе, 118 — по просёлку, остальной километраж был пройден в ходе специспытаний. Максимальная скорость машины достигла 34,7 км/ч, средняя скорость – 25 км/ч. Запас хода составил 195 километров, при этом заметили, что дизельный двигатель был довольно экономичным. Преимущество дизеля особенно хорошо проявилось в ходе движения по просёлочной дороге. Средняя скорость 7TP по просёлку составила 17,2 км/ч. Запас хода танков по просёлку составил 130 километров. (Рис.35)

 

Рис.35 – Сброс гусеничной ленты в ходе испытаний.

 

      Максимальный угол подъёма составил 32 градуса, дальше у польского танка начинали буксовать гусеницы. (Рис.36)

 

    

Рис.36 – 7ТР берет высоту.

 

    Сцепление гусениц оказалось ограничивающим фактором и при езде по косогорам. Максимальный уровень крена составил 20 градусов. (Рис.37)

 

    

Рис.37 – Езда по косогорам.

   Из-за проблем со сцеплением с поверхностью танк не смог преодолеть ров шириной 1,6 метра. (Рис.38)

 

     

Рис.38 – Ров шириной 1,6 метра и глубиной 0,5 метра польский танк преодолеть не смог.

 

    В начале 1941 года танки 5057 и 5097 были сданы в металлолом, а восстановленный 7TP оказался на хранении. По состоянию на 1 января 1941 года в Киеве оставался еще один 7ТР (двухбашенный). В апреле 1941 года танк 5091 было решено отдать в музей (был зачислен в состав танкового музея). С началом войны следы танков 7ТР в СССР теряются. Некоторые считают, что с танков 7ТР могли снять башни и установить их на бронепоезд, а может, этого и не было – фактического материала не приводится. Последнее документальное свидетельство о танках 7ТР относится к январю 1943г. (Рис.39)

 

Рис.39 – 7TP в Сталинграде (как будто, территория Сталинградского тракторного завода), январь 1943 года.

 

    В некоторых музеях еще можно полюбоваться на ветерана польского танкопрома. (Рис.40)

Рис.40 – Современный вид танка 7TP jw.

 

   Машины на шасси 7ТР.

    Встречается, что на базе 7ТР построили ЗСУ, вооруженную двумя 20-мм пушками FK-A wz.38 L/73.5, однако фотографий или чертежей этой машины не приводится. Серийно ЗСУ на базе 7 ТР не производилась.

    Большую известность получили артиллерийские тягачи на шасси 7ТР. Работы по тягачу на танковом шасси начались одновременно с испытаниями танков 7ТР. В 1933г. были построены два прототипа – С6Р и С6Т. Первый из них отличался передним расположением двигателя и передними ведущими колесами, ходовая часть второго тягача почти не отличалась от танковой. На обоих прототипах устанавливался двигатель PZlnż.235 мощностью 115 л.с., а вместо башни монтировалась полубронированная рубка для водителя и механика. Для серийного производства выбрали С6Р, позднее доработав его и переименовав в С7Р (Ciagnik Siedmiotonowy Polski – тягач 7-тонный польский). (Рис.41)

 

Рис.41 – Артиллерийский тягач на базе 7ТР.

 

    До сентября 1939г. успели собрать 151 тягач из 350 заказанных. Большая часть серийных тягачей (108 штук) использовались главным образом для транспортировки 220-мм мортир Skoda (Рис.42, Рис.43), но 18 С7Р находились в распоряжении 10-й Кавалерийской Бригады и предназначались для перевозки танков и танкеток к полю боя на специальных платформах.

 

Рис.42 – Транспортировка тяжелого орудия.

Для перевозки одного 220-мм орудия требовалось 5 тягачей С7Р: три для орудийных повозок и два для прицепов с боеприпасами.

 

    

Рис.43 – Батарея 220-мм мортир на марше.

 

     Ещё 52 тягача планировалась собрать к 1942г. в варианте бульдозеров и снегоочистителей, заказ исполнен не был.

    В январе 1937 г. Швеция хотела было закупить от 20 до 60 небронированных шасси и тракторов С7Р, но польское правительство не сочло нужным выполнить этот заказ.

    Тягачи С7Р активно использовались в кампании 1939г., а после захвата Польши они находились в эксплуатации в вермахте до 1941г. включительно. (Рис.44)

 

Рис.44 - Тягач С7Р, вероятно, в немецкой эксплуатации, тянет 105-мм гаубицу.

 

    Не более двух С7Р попали в руки РККА, один из них, с номером 1153, отправили на испытания в Кубинку. В апреле 1941г. этот тягач передали в музей, но с началом войны его следы теряются. Известно, что под Волгоградом был обнаружен остов тягача С7Р, из него сварганили некий «макет» Т-26, установив башню от БТ – как указывают, ныне эта машина находится в экспозиции музея на Поклонной Горе в Москве.