Škoda Š-II-а/LT vz.35

 

 

Škoda Š-II-а/LT vz.35

Чехословакия

Легкий по массе кавалерийский танк

 

 

Основная статья: Чехословацкое танкостроение 1929-1939гг.

Варианты развития легкого типа

 

 

     Фирма Škoda 27-го февраля 1935 года представила первый эскизный проект легкого танка по спецификации II-a - Š-II-а. Летом 1935г. появился первенец Š-II-а (регистрационный номер C-80509, позже 13.620). (Рис.1, Рис.2)

 

Рис.1 - Š-II-а, на фото первый серийный образец 13.666.

 

Рис.2 - Каркас корпуса танка.

 

    Масса новой машины составила 10500 кг. Габариты: длина – 4900 мм, ширина – 2055 мм, высота – 2370 мм, клиренс 350 мм. Бронирование: лоб корпуса – 25 мм, борт корпуса – 16 мм, корма корпуса – 16 мм, лоб башни – 25 мм, борт башни – 16 мм, корма башни – 16 мм, крыша – 12 мм, днище – 8 мм. Броня танка изготовлена из хромо-никеле-молибденовой стали с содержанием никеля 4,7% в лобовых деталях и 1,9% в бортовых. Учитывая качество брони собственного изготовления, танк LT vz.35 мог выдержать фронтальный обстрел из 20-мм автоматических пушек или крупнокалиберных пулеметов на дистанции до 500 метров. Экипаж 4 чел.: командир, заряжающий, стрелок-радист, водитель. Вооружение 37-мм пушка Škoda A-3 и два 7,92-мм пулемета vz.35\37. Боекомплект 78 выстрелов и 2250 патронов.

     В передней части корпуса располагались места для водителя (справа) и стрелка-радиста (слева). Справа, в верхнем листе подбашенной коробки, был сделан двухстворчатый люк для водителя. Лобовой вертикальный бронелист толщиной 25 мм с правой стороны имел вырез размерами 350х90 мм, предназначавшийся для водителя. Это смотровое окно защищалось бронированной крышкой толщиной 28-мм, в которой была сделана щель, защищенная 50-мм бронестеклом (триплекс). Дополнительно в правом борту имелась смотровая щель размерами 120х3 мм, также защищенная триплексом. С левой стороны, ближе к продольной оси танка, располагалась шаровая пулеметная установка, в которой размещался пулемет ZB vz.37 калибра 7,92-мм, который мог вести огонь в секторе 30 по горизонту и в пределах от -10 до +25 по вертикали. Интересной особенностью было совмещение телескопического прицела пулемета с прибором наблюдения механика-водителя. По мнению разработчиков, такой приём позволял, в случае необходимости, вести огонь обоим членам экипажа, правда, тогда требовалось зафиксировать ZB vz.37 в центральном положении, а стрельба (с применением троса Боудена) была возможна только при открытой крышке смотрового люка. Ближе к левому борту расположили смотровое окно стрелка-радиста размерами 150х75 мм. Радиостанция vz.35, обеспечивавшая работу только в телеграфном режиме на дальности до 2 км, устанавливалась на левом борту отделения управления. Антенна выводилась на левый борт перед амбразурой стрелка-радиста. Боевое отделение находилось в средней части корпуса. (Рис.3)

 

Рис.3 - Фрагмент интерьера боевого отделения с видом на радиоаппаратуру.

 

    Здесь размещались места для командира танка и заряжающего, который также выполнял обязанности пулеметчика. На крыше боевого отделения устанавливалась башня клёпаной конструкции, собранная на стальном каркасе из уголков. В целом, башня имела коническую форму, но в её передней части находилась выступающая вперед маска орудийной установки, а сзади была сделана большая ниша для укладки боекомплекта. Диаметр башенного погона составлял 1267 мм. На крыше главной башни, со смещением влево, устанавливалась командирская башенка диаметром 570 мм, закрываемая грибовидным колпаком. В стенках башенки имелось четыре смотровых прибора (эпископа), а в крышке были сделаны отверстия под монокулярный перископический прибор, флажковую и световую сигнализацию. Рядом с ними находился воздухозаборник вентилятора. Вращение башни можно было производить двумя способами: с помощью механизма поворота или плечевым упором пушки. За один оборот маховика башня поворачивалась на 3°, то есть полный оборот она совершала в среднем за 25-30 секунд.

    Главным калибром танка LT vz.35 стала 37-мм пушка vz.34UV с длиной ствола 39 калибров (1448 мм), больше известная под заводским обозначением Škoda A-3. Пушка имела углы наведения по вертикали в пределах от -10° до +25°. Орудийный телескопический прицел находился в небольшой амбразуре слева. Рядом с орудием, с правой стороны, в шаровой установке монтировался второй пулемет ZB vz.37. Пулемет мог наводиться в ограниченных секторах: от 0 до +25° по вертикали и по 13° влево-вправо.

    Боекомплект состоял из 78 выстрелов (24 бронебойных и 54 осколочно-фугасных) и 2700 патронов. Судя по количеству по соотношению бронебойных и осколочно-фугасных снарядов, LT vz.35 назначался к борьбе с бронетехникой во вторую очередь. Укладка снарядов производилась по бортам боевого отделения, патронные ящики находились на полу сразу за местами водителя и радиста.

    В кормовой части корпуса располагался моторно-трансмиссионный отсек. Здесь устанавливался бензиновый, 4-цилиндровый, 4-тактный, жидкостного охлаждения двигатель Škoda T-11/0 мощностью 120 л.с. при 1800 об/мин и рабочим объёмом 8620 см³. Интересной особенностью этого двигателя было то, что он мог работать как на бензине, так и на «Диналкоголе» (“Dynalkohol” спиртобензольная смесь). Запуск двигателя проводился электростартером Scintilla мощностью 2,94 кВт, зажигание - от двух магнето того же производителя напряжением по 12В каждая. В качестве топлива применялся этилированный бензин с октановым числом не меньше 60. Основной топливный бак емкостью 124 литров располагался слева от двигателя. Дополнительный бак на 29 литров находился у правой стенки в задней части боевого отделения. Подача топлива могла производится как с помощью механического мембранного насоса, так и с помощью электрического Auto-pulse. В системе охлаждения использовался жидкостный радиатор ёмкостью 50 литров, располагавшийся перед двигателем, так что щели воздуховодом на LT vz.35 отсутствовали. Выхлопная труба и глушитель были выведены на правый борт корпуса.

     Двигатель посредством коленчатого вала связывался с 12-скоростной планетарной коробкой передач механического типа - 6 скоростей движения вперед и столько же назад – в иных источниках сообщается, что ставилась 6-ступечатая коробка передач: 5 скоростей вперед, одна назад. 1-я и 2-я скорость управлялись ленточными тормозами с пневматическим приводом, 3-я передача приводилась в действие многодисковым главным фрикционом сухого трения, а 4-я в критической ситуации могла включаться тросом Боудена. Коробка передач блокировалась с двухступенчатым демультипликатором, который имел пневматическое и резервное механическое управление. Крутящий момент от КПП передавался на ведущие колеса с помощью планетарных механизмов поворота. (Рис.4)

 

Рис.4 - Схема трансмиссии танка Š-II-a.

 

     МТО закрывалось бронелистами толщиной 8 мм, часть из которых обладала небольшими углами наклона. Для доступа к агрегатам силовой установки было сделано два технологических люка: один двухстворчатый в крыше корпуса и один к наклонном кормовом бронелисте. При выходе танка из строя для его буксировки можно было использовать два специальных крюка, расположенных на нижнем лобовом и кормовом бронелисте.

    Самой интересной частью нового танка выглядела оригинальная ходовая. Ходовая часть (на один борт) состояла из 8 сдвоенных опорных катков, сбалансированных попарно и собранных в две тележки с амортизацией на полуэллиптических рессорах (тележки с опорными катками были сблокированы попарно и обладали общим узлом подвески с амортизацией на листовых четвертьэллиптических рессорах, в свою очередь, каждый из таких узлов крепился на кронштейне, приваренном к борту корпуса (Рис.5)), дополнительного независимого переднего натяжного катка, четырех поддерживающих роликов, переднего ведущего и заднего направляющего колеса.

 

Рис.5 - Узел подвески тележки.

 

    Для предотвращения спадания гусениц при крутых разворотах или на косогорах направляющие и ведущие колёса были снабжены дополнительными ободами. Гусеничные цепи включали 111 стальных траков шириной 320 мм и шагом 95 мм.

   Вокруг создания конструкции ходовой части танка Š-II-а есть некая интрига, связанная с авторством этой конструкции. Дело в том, что ходовая часть Š-II-а оказалась почти идентична конструкции ходовой французского танка SOMUA AC3 (Рис.6)

 

Рис.6 - Вверху ходовая танка Š-II-а, внизу – ходовая часть французского танка SOMUA AC3.

 

    За исключением некоторых второстепенных деталей и исполнения, конструкции ходовой обеих машин поразительно близки. Советские авторы по этому поводу, как правило, высказываются в том смысле, что французы «украли» у чехословаков конструкцию ходовой части. Кажется, что такое допущение выглядит несколько вульгарно. В начале 1930-х между французской фирмой Schneider-Creusot (SOMUA являлась дочерним подразделением Schneider) и чехословацкой Škoda развернулось тесное сотрудничество в области оборонной промышленности, в т.ч. танкостроения – инженеры из Schneider работали на фирме Škoda. Если взглянуть на ситуацию под углом отношений Schneider-Škoda, то получится, что агрегаты, разработанные специалистами Schneider, или совместно специалистами Schneider и Škoda подошли как для чехословацкого танка Š-II-а, так и для французского SOMUA Type AC3. Следует заметить, что работы по SOMUA AC3 также начались в 1934г. – т.е. никак не позже, чем по чехословацкой машине Š-II-а.

    В вопрос с авторством ходовой танка Š-II-а путаницы прибавляет утверждение, что ходовую часть Š-II-а разработал, якобы, Алексей Сурин. Однако Сурин никогда не работал на фирму Škoda. Со временем мнение, что Сурин был одним из творцов танка Š-II-а приобрело официальный оттенок. Уже в XXI веке власти Чехии решили отметить вклад А.М. Сурина, наградив его посмертно медалью «Золотая Липа». Министр обороны Чехии Мартин Стропницкий, вручая медаль сыновьям покойного Владимиру и Александру, сказал, что танк LT vz.35 (обозначение Š-II-а после принятия на вооружение) является лучшим танком чехословацкой истории, созданным русским конструктором. Увы, но русский конструктор в случае с LT vz.35, вероятно, ни причем.

     Летом 1935г. Š-II-а поступил на сравнительные испытания на полигоне танковой школы в Миловицах с конкурирующей машиной и P-II-a. (Рис.7, Рис.8)

 

Рис.7 - Š-II-а на испытаниях.

 

Рис.8 - P-II-a на испытаниях.

 

      Машины показали примерно одинаковые показатели, правда, Š-II-а имел бронирование, соответствующее спецификации (и потому получился на 2 т тяжелее), а броня P-II-a оказалась тоньше.

 

Таблица – Некоторые тактико-технические характеристики танков P-II-a и Š-II-а.

ТТХ	P-II-a	Š-II-а
масса	8500 кг	10500 кг
бронирование	лоб – 16 мм; борт – 12 мм; крыша – 8 мм; днище – 8 мм	лоб – 25 мм; борт – 16 мм; башня – 25-16 мм; крыша – 12 мм; днище – 8 мм
мощность двигателя	115 л.с. (или 114 л.с.)	120 л.с. при 1800 об/мин
экипаж	3 чел.	4 чел.
вооружение	37-мм пушка Škoda A3 и два 7,92-мм пулемета ZB vz.26	37-мм пушка Škoda A-3 и два 7,92-мм пулемета vz.35\37
боекомплект	72 выстрела и 2400 патронов	78 выстрелов и 2250 патронов
радиофикация	радиостанция	радиостанция vz.35 со штыревой антенной
максимальная скорость	36 км/ч по шоссе	34 км/ч по шоссе
запас хода	180 км	160/190 км
преодолеваемые препятствия	высота стенки - 0,80 м; глубина брода - 0,90 м; ширина рва - 2,00 м	угол подъема 41° высота стенки - 0,80 м; глубина брода - 0,90 м; ширина рва - 2,20 м

    

     Результатом испытаний стало решение в пользу танка Š-II-a. Помимо более выигрышного соотношения бронирование-масса-подвижность, танк Š-II-а лучше смотрелся в отношении распределения функций членов экипажа и удобства работы экипажа - на танках ČKD, например, экипаж забирался внутрь машины и покидал её через башню, а у машин Škoda имелись люки в отделении управления. Из положительных качеств танка P-II-a отметили только планетарную коробку передач, но это преимущество не играло существенной роли.

   Победитель конкурса – танк Š-II-a – в 1935г. получил обозначение LT vz.35 (легкий танк образца 1935 года). Этими машинами планировали оснастить танковые батальоны четырех кавалерийских бригад.

    30-го октября 1935г. с фирмой Škoda был подписан контракт на поставку 160 танков LT vz.35. Однако в процесс вмешались законы конъюнктуры – фирма ČKD попыталась оспорить результаты конкурса. В итоге перепалки пришли к соглашению, что танки LT vz.35 будут строится на заводах обеих фирм в равных пропорциях – 80 танков на Škoda и 80 единиц на ČKD. Поставщиком бронеплит выступал завод POLDI Hütte из города Кладно (это же предприятие поставляло бронеплиты и для танков LT vz.34). 12 мая (по другим сведениям, 12 апреля) 1936 года заказ был увеличен на 35 танков (18 из которых надлежало построить на фирме ČKD). Месяц спустя (по другим данным – в ноябре 1936г.) Министерство Народной Обороны (MNO) выдало третий заказ ещё на 103 танка, разделив их количественно на 52 (ČKD) и 51 единицу (Škoda). В качестве даты начала поставок значилось 30 сентября 1936 года, последние машины военные планировали получить 30 июля 1937 года.

    Испытания первых пяти танков, собранных фирмой Škoda, проведенные в июне 1936 года, сопровождались постоянными поломками двигателей и трансмиссии. Пришлось ограничь максимальную скорость до 17 км/ч, что не позволяло полностью раскрыть динамические качества LT vz.35. Но в целом, отзывы об этих танках были положительными.

    Производство танков LT vz.35 налаживалось с трудом и на Škoda, и на ČKD. Выяснилось, что в технологическом плане конструкция танка оказалась сложной и недоработанной. Для того чтобы привести техпроцессы в норму, пришлось потратить больше времени, чем предполагалось. Первые 15 серийных LT vz.35 Škoda смогла отгрузить 21 декабря 1936 года, все они отправились для оснащения 1-го танкового полка, дислоцированного в Миловице. ČKD сдал первые свои 10 танков 13 февраля 1937 года, машины ушли во 2-й танковый полк в Пршаславице.

     С января по март 1937г. провели еще один этап испытаний, причем танки выбирались в случайном порядке. Пробег протяженностью 4000 км выявил ещё одну серию конструктивных недостатков.

    С апреля по сентябрь 1937 года в Миловице испытывались два танка (номера 13.683 и 13.696), произведённых Škoda, и один (13.721), построенный ČKD. Каждый из танков прошёл по 5–7 тысяч километров. Вновь были обнаружены недостатки конструкции и заводской брак. Примерно в то же самое время стали массово поступать рекламации из армии. На этом фоне было решено приостановить заказ на 103 танка третьей серии. Производители выполнили обязательства по ремонту танков, постепенно дефекты устранялись. По ходу эксплуатации пулемёты ZB vz.35 были заменены на более совершенные ZB vz.37. В некоторых источниках сообщают, что 30 октября 1937г. было принято решение об аннулировании анонсированного решения о дополнительном заказе на 300 танков. Однако доверие к машине удалось вернуть. 7 ноября 1937 года министерство обороны Чехословакии все же одобрило сделку на производство 103 танков третьей серии, но и только, далее заказывать этот тип не собирались. Уже в ходе массовой эксплуатации танков этого типа, холодной зимой 1938/1939гг. открылось, что машины трудно заводить при низких температурах. Штатно в двигателях жидкостного охлаждения Tatra T-11 циркулировала вода, которая замерзала при минусовых температурах, что было чревато потерей двигателя. Выходом из положения могло бы стать использование антифриза, но об этом никто не позаботился. На запуск двигателя приходилось тратить по нескольку часов, что отрицательно сказывалось на боеспособности техники.

     Основной вал танков LT vz.35 фирма Škoda построила в период с 21-го декабря 1936г. по 8 апреля 1938г., а фирма ČKD строила эти танки в течение 1937г. Оба производителя выпустили для чехословацкой армии по 149 танков каждая, что в сумме составило 298 штук – а, ведь, были планы построить 600 машин типа LT vz.35. (Рис.9)

 

Рис.9 - Сборка танков LT vz.35 в цеху завода Škoda, 1937г.

По версии Барятинского, это фото сборки танков по румынскому заказу в феврале 1939г.

 

    Пишут, что в 1943г. из остатков запчастей собрали еще 2 танка LT vz.35, один из них продали Румынии, а второй переделали в артиллерийский тягач для вермахта.

    Первые серийные LT vz.35 поступили на вооружение армии Чехословакии в декабре 1936 года. Новые танки направлялись в состав 1-го танкового полка (PUV-1) дислоцированного в Миловицах. Всего это соединение получило 197 из 298 машин этого типа, выпущенных обеими фирмами – Škoda танки с номерами: 13666-13720, 13864-13893 и 13903-13914; ČKD танки с номерами 13721-13784 и 13815-13850. На вооружение второго танкового полка PUV-2 поступило 49 танков LT vz.35 (все производства ČKD с номерами 13785-13817 и 13951-13966). Еще 52 отправили в третий танковый полк PUV-3 (производства Škoda, номера 13818-13862 и 138894-13902).

     В 1938г. в стране началась мобилизация, в связи с чем танковые полки превратились в части постоянной готовности. (Рис.10)

 

Рис.10 - Колонна LT vz.35 на фоне боксов в районе Миловице, 1938г.

 

    С сентября 1938г. танкистам пришлось вступить в бой против немецких сепаратистов Судетской области. Особенно заметное участи танки типа LT vz.35 приняли в Крумлове в октябре 1938г., когда танкам пришлось не только огнем и маневром поддерживать пехоту, но непосредственно ломать баррикады на улицах этого городка. В октябре-ноябре 1938г. возникла напряженность с Польшей и Венгрией, переросшая в боевые столкновения с применением танков. Практически боевое применение танков LT vz.35 в локальных стычках продолжалось вплоть до марта 1939г. Боевые потери танков в этих столкновениях, видимо, были единичными, поскольку противники чехословацкой армии почти не обладали тяжелым вооружением. (Рис.11)

 

Рис.11 - Танки LT vz.35 в чехословацкой армии.

 

    14-го марта 1939 года правительство Словакии объявило о независимости своей страны. Немцы не возражали. Словакам отошла военная техника от находившихся на ее территории армейских частей бывшей Чехословакии. Оценка попавших на вооружение словацкой армии танков LT vz.35 расходится от 79 до 52 танков. Приводятся и некоторые подробности. Пишут, что среди прочего вооружения, в словацкой армии оказалось 43 танка LT vz.35. Еще 10 танков этого типа, ранее входивших в состав 3-й мобильной дивизии, на 15 марта 1939г.  находились на заводском ремонте в Пльзне и были конфискованы немцами. Взамен было получено такое же количество машин из состава 2-го танкового полка. (Рис.12)

 

Рис.12 - LT vz.35 из состава 3-го танкового полка чехословацкой армии, позже перешел в словацкую армию.

 

    Пока шло становление Словацкой государственности, страна оказалась втянутой в конфликт с Венгрией в Прикарпатской Руси. Противник застал словацкую армию в самый неподходящий момент, когда новые подразделения ещё только формировались и для них не хватало личного состава, в первую очередь, офицеров. С техникой тоже возникли большие проблемы. Часть танков и бронемашин чешские экипажи вывели из строя, так что в приграничных районах их количество серьёзно уменьшилось. Вернуть инициативу в свои руки командование словацкой армии решило 23 марта 1939г. В тот день у селения Нижняя Рыбница (Nizna Rybnica) словаки перешла в наступление. Атака началась около 11:00 и проводилась при поддержке бронеавтомобилей OA vz.30. Словаки надеялись пробить позиции венгров и откинуть противника за пределы границы. Венгры встретили словацкую пехоту огнем полевой и противотанковой артиллерии. В результате было потеряно две бронемашины, а уцелевшие прикрывали отход своей пехоты пулеметным огнем. Тогда в приграничный район срочно перебросили из Мартина четыре OA vz.30, три танка LT vz.35 и несколько 37-мм ПТО. Эта группа прибыла в Михайловицы вечером 24-го марта, однако принять участие в боях она не успела – в тот же день при посредничестве Германии между Словакией и Венгрией был подписан мирный договор, причем Словакия потеряла некоторую территорию.

     Через 5 месяцев Словакия втянулась во 2-ю Мировую войну. По согласованию с немецким командованием словацкая армия наступала в Польше на южном направлении, отвлекая на себя часть войск противника. Польские укрепления Карпатской Армии оказались весьма слабыми, а танков у поляков здесь не было вообще. В качестве усиления словаки задействовали одну танковую роту из 13 LT vz.35 и несколько бронемашин. Словакам удалось без особых проблем выполнить боевую задачу, к 28 сентября 1941г. они заняли не только Заолзье, но и значительную часть польской территории. Сопротивление поляков на этом участке фронта оказалось незначительным, так что боевых потерь в танках не было.

    Для нападения на СССР в качестве союзника Великой Германии словаки сформировали т.н. «Быструю дивизию». В состав этого соединения включили 2-ю танковую роту с 30 танками LT vz.35, а всего дивизия получила 47 танков. 8-го июля 1941 года «Быстрая дивизия» вступила на советскую территорию. Продвигаясь вслед за немецкими войсками по территории Украины, словацкие части наступали через Львов в направлении Винницы. 22 июля бригада вошла в город совместно с немецкими союзниками. К концу июля 1941 г. словаки участвовали в тяжелых боях в районе Липовца, где понесли существенные потери в танках, дойдя до района Киева. К концу года они достигли Таганрога и реки Миус, где их наступление было остановлено. Безвозвратные потери среди LT vz.35 оказались совсем небольшими — всего 3 машины, т.к. использовались танковые подразделения не очень интенсивно, выполняя, как правило, вспомогательные задачи. (Рис.13)

 

Рис.13 – Один из словацких LT vz.35, подбитый советской артиллерией в июле 1941г.

 

    В декабре 1941г. словацкое командование отправило все танки LT vz.35 в тыл. На родине танки LT vz.35 использовались для обучения личного состава и охранных функций. Несколько башен от танков установили на словаций бронепоезд.              

    Последний раз эти танки использовались в ходе Словацкого народного восстания летом 1944 года. По новейшим данным, в руках повстанцев оказалось всего 24 легких танка, среди которых были замечены и LT vz.35. Пишут, что большинство танков LT vz.35 находилось тогда в небоевом состоянии и их использовали в качестве неподвижных огневых точек. Тем не менее, есть сведения, что несколько машин было подбито противотанковой артиллерией немцев.

    Танки LT vz.35 у иностранных операторов.

    Танк LT vz.35 вызвал острый интерес во многих странах.

    Информация о наличии танков нового типа в Чехословакии поступила в Польшу в момент их появления, и предварительный анализ показывал, что основной польский танк 7ТР проигрывает в плане бронирования и эксплуатационной выносливости ходовой части. Поляки решили купить новинку. Переговоры проходили трудно и практически прекратились в конце 1938 года, когда обострилась ситуация вокруг Заолзья.

   14-го августа 1936 году румынская военная миссия подписала договор на поставку легких танков LT vz.35. По некоторым сведениям, первые танки LT vz.35 (в августе 1936 года румыны переименовали их в R-2), якобы, были доставлены к апрелю-маю 1937 года и показаны на параде в Бухаресте. Однако затем последовали исправления недочетов и брака. Румынская армия принимала машины только после повторных испытаний в Румынии. Контракт был возобновлен в августе 1938г. В период с 1 сентября 1938 по 22 февраля 1939 года предприятие фирмы Škoda отгрузило румынскому заказчику в общей сложности 126 легких танков этого типа (в это число вошли и первые машины, как будто, доставленные в 1937г.). В румынской армии LT vz.35 получили обозначение R-2. Пишут, что примерно половина танков румынской серии отличались использованием при изготовлении цементированной брони. Такие машины получили заводское обозначение Š-II-aR, а румыны их обозначили R-2c. Внешне отличить их можно по форме кормового листа башни – только очень опытный глаз сможет найти различия. (Рис.14)

 

 

Рис.14 - R-2c, вариант танка по румынскому заказу, изготовленный из цементированной брони.

 

    Чехословацкие танки были сведены в 1-й танковый полк 1-й танковой дивизии, имевшей название «Великая Румыния». В августе 1941г. дивизия втянулась в серьезные бои с РККА в районе Одессы. Выяснилось, что танки R-2 терпят урон не только от 45-мм пушек (танковых и ПТО), но на ближних дистанциях броня танка пробивается из 14,5-мм противотанковых ружей. К 29 августа в строю осталось всего 19 боеспособных танков. К тому времени безвозвратно пришлось списать 15 машин. 16-го октября 1941г. румынские танковые части отправили на родину. Летом 1942г. немцы передали румынам еще 26 танков LT vz.35. Дивизия вернулась на Восточный фронт только 29-го августа 1942г., располагая 109 танками R-2. (Рис.15)

 

Рис.15 - R-2 в районе Сталинграда.

 

     До конца декабря 1942г. румынская танковая дивизия потеряла 81 танк R-2. После такого разгрома 1-я бронетанковая дивизия вновь была отправлена на родину, где устаревшие чехословацкие танки перевели в разряд учебных. На август 1943 года в румынской армии ещё оставалось 40 танков R-2 и 19, полученных ранее от Германии LT vz.35, доведенных до стандартов вермахта. Как будто, в 1943г. чехи продали румынам один вновь построенный танк LT vz.35.  По состоянию на ноябрь 1944г. (когда Румыния переметнулась на сторону СССР) румынская механизированная группа располагала пятью танками R-2. На февраль 1945 года в составе 2-го танкового полка числилось два танка R-2, но спустя месяц они были выбиты. После войны все чехословацкие танки пошли на слом. Исключение составили лишь единичные экземпляры, один из которых впоследствии был отправлен в военный музей в Бухаресте.

   До раздела Чехословакии немцы также пытались добыть технические сведения о новом чехословацком танке. Немецкими спецслужбами было предпринято несколько попыток вступить в контакт с фирмой Škoda через подставные компании. Чехи раскусили этот замысел. Эта шпионская история завершилась не в пользу Германии, но чрез три года вермахт получил не только документы, но также почти все танки LT vz.35, ремонтную базу и производственные мощности.

    Советские знали о LT vz.35 с 1936г., но более конкретную информацию удалось получить от фирмы Škoda только годом позже, даже, скорее, к 1938г. Переговоры с фирмой Škoda начались в середине 1938 года. Советская сторона вначале рассчитывала получить для испытаний два образца танка LT vz.35, а в случае успеха даже намеревалась начать его лицензионное производство. В ответ пришло предложение о предоставлении двух танков Š-II-a – одного прототипа с номером 13.620 и одного серийного с номером 13.903 (или 13.909).  Советские согласились. Вместе с танками в СССР прибыл технический персонал: два водителя (Kriz, Levy), шесть сборщиков (Jilek, Taus, Pojer, Vojak, Trnka, Starek) и три военных чиновника (Fruhauf, полковник Prochazka и капитан Nemec). По другой информации, делегацию возглавляли полковник Олег Прохазка, начальник 7-го отдела MNO, и капитан Ян Немец. Водители прибыли вместе с танками 8-го сентября 1938 г., а тремя днями позже приехали остальные специалисты. Серийный танк (номер 13.903) предназначался для ходовых и огневых испытаний, а прототип 13.620 определялся резервной машиной. Испытания были начаты 14 сентября и продолжались до 9 октября 1938г. включительно. (Рис.16)

 

 

 

 

 

 

Рис.16 - LT vz.35 13.903 на полигоне НИИБТ, сентябрь 1938 года.

 

    Всего тестируемый танк прошел 1503 км по проселку, дорогам с гравийным покрытием и пересеченной местности. При этом было израсходовано 1947 литров бензина, 21 литр моторного масла и 5 литров смазки. При первом пробеге на 450 км была достигнута максимальная скорость до 36 км/ч при движении по асфальтовой дороге и 32,4 км/ч по проселку. Среднетехническая скорость составила, соответственно, 29 км/ч и 16,6 км/ч. При движении на максимальных скоростях наблюдался слишком быстрый износ резиновых бандажей опорных катков. После замены, лучшими были признаны бандажи фирмы Bat. С 26 сентября начались испытания танка на пересеченной местности, в ходе которых сначала преодолевались небольшие рвы, неглубокие броды и уклоны до 36°. Впоследствии, в период с 3 по 9 октября, танк нормально переходил ров шириной 2,2 метра, валил деревья диаметром 32 см, а также преодолевал кирпичную стенку высотой до 0,4 метра и уклоны до 41°.

    Имели место аварии ходовой части. В первый раз была повреждена трансмиссия, а во второй раз танк на повороте сильно зарылся в грунт. (Рис.17)

 

 

Рис.17 - Очевидно, эпизод, когда танк зарылся в грунт при повороте.

 

   Застряла машина и на болотистой местности, преодолев всего 10 метров. (Рис.18)

 

Рис.18 - Увязший в болоте LT vz.35.

 

    На огневых испытаниях в составе экипажа Š-II-a присутствовал советский артиллерист. В целом, табличные значения орудия А-3 были подтверждены, причем стрельбы проводились как днем, так и ночью. Всего было сделано 50 выстрелов осколочно-фугасными снарядами и 49 выстрелов бронебойными. Пушка А-3 калибра 37-мм показала способность успешно бороться с любым танком, бронирование которого не превышает 25-30 мм, на дистанциях до 500 метров. Стрельба из пулеметов велась не слишком интенсивно и однажды привела к заклиниванию механизма, поэтому стрельбы ограничились 500 выстрелами из башенного и 400 выстрелами из курсового пулемета.

    В заключение программы был выполнен обстрел танка из тяжелого пулемета (очевидно, ДК калибра 12,7 мм). Выяснилось, что броня танка довольно хрупкая. Пули пробили кронштейн ведущего колеса и надгусеничный щиток. Кроме того, имелась по одной пробоине в левом борту корпуса и в башне. (Рис.19)

 

Рис.19 - Результаты обстрела из крупнокалиберного пулемета.

 

    В целом, советские остались хорошего мнения о машине, но к покупке лицензии уже не стремились, видимо, по той причине, что в ходе испытаний получили исчерпывающую информацию о конструкции интересовавших их узлов - в первую очередь, ходовой части (впоследствии был изготовлен один опытный образец танка Т-26 с подвеской типа «Шкода», который проходил испытания в 1939 году). Не обошлось, мягко говоря, и без лукавства или «русской смекалки» – советские тайно подменили броневую заглушку заливной горловины топливного бака, а родной элемент отправили на исследование брони; в то же время советский конструктор Н.Ф. Шашмурин так увлекся изучением устройства трансмиссии танка Š-II-a, что полностью скопировал ее – позже Шашмурин на этой базе предлагал проект уже «своей» коробки передач для советского танка КВ-1. В итоге, представители РККА пожелали приобрести всего один образец танка Š-II-a. Однако фирма Škoda запросила чрезмерную цену, и дальнейшие переговоры были прекращены.

    Отъезд технического персонала из СССР начался 11 октября – последними, шестью днями позже, уехали техники. Танки из СССР следовали на родину через территорию Прикарпатской Руси, входившей тогда в состав Словакии. Экипажи танков Š-II-a и обслуживающий их технический персонал выразили желание присоединиться к приграничным войскам и приняли активное участие в обороне страны от венгров. По одним сведениям, в последний день существования единой Чехословакии – 14-го марта 1939 года, по другим – 15 марта танки приняли участие в сражении у города Фанчиков (Fancikov). Танк с номером 13.903 был подбит противотанковой гранатой и захвачен противником. (Рис.20)

 

Рис.20 - Венгерский трофей.

 

     Прототип с номером 13.620 оказался в Румынии, где был интернирован 24-го марта и позже возвращен на завод Škoda. По другой информации, оба танка были включены в состав венгерской армии. Серийная машина получила номер 1H-407, а прототип -1H-406. В 1940г. один Š-II-a был отремонтирован (бесплатно) при участии техников фирмы Škoda и использовался венгерскими войсками в учебных целях вплоть до 1943 г. Второй танк в декабре 1942 года заводом Škoda был продан закупочной комиссии ваффен СС за 35 тысяч рейхсмарок.

   В 1938г. на чехословацкие легкие танки обратили внимание в Великобритании. Основными британскими танками к тому времени были малые легкие машины типа Light Tank Mk.VI. К 1938г. была очевидна ошибочность направления развития танкостроения в сторону малых легких машин с противопульной броней, но работы по исправлению ошибки британцами только начинались. В качестве временного решения была закупка танков за рубежом. Рассматривались французские и чехословацкие танки. Выбор был сделан в пользу чехословацкого танка LT vz.35. За один танк фирма Škoda просила 783 550 чехословацких крон, это было дешевле стоимости одного отечественного танка типа Vickers Mk E, к тому же LT vz.35 выглядел прогрессивнее своего «прародителя». На переговорах, проведенных в период с сентября 1938 по апрель 1939 года, было достигнуто предварительное соглашение на поставку 100 танков LT vz.35 из числа уже собранных машин и ещё 100 машин новой сборки. Далее предполагалось приобрести лицензию на выпуск чехословацких танков, сборкой которых должна была заниматься фирма Alvis Straussler. По другой информации (от чешского историка Владимира Францева), именно на Alvis Straussler планировали собрать 100 новых танков по лицензии. Однако ничего из этого выполнить не удалось - фирма Škoda увеличила стоимость своей продукции на 10-15%, что привело к срыву переговоров об экспорте.

    Львиная доля танков LT vz.35 досталась немцам – 218 или 244 единицы. 

    15 марта 1939 года Германия полностью оккупировала территорию Чехии, потратив на этот процесс чуть больше суток. Трофейную технику в течение марта отправляли на сборные пункты, где производилась их оценка на предмет дальнейшего использования. (Рис.21)

 

Рис.21 – Подготовка танков LT vz.35 к отправке в Германию.

 

    До января 1940 года танки LT vz.35 были известны в номенклатуре Waffenamt как LTM.35, затем они получили полное название Panzer Kampfwagen 35 (tschetisch), аббревиатура - Pz.Kpfw.35(t), или Pz.35(t), или просто 35(t) (в немецком с буквы “t” начинается “tschetisch” - чешский.). В марте 1939 года танки перегнали в Германию, где они поступили на оснащение 11-го танкового полка (11.Panzer Regiment), который был расквартирован в Падеборне, и 65-го танкового батальона (65.Panzer Abteilung или Panzerabteilung 65), дислоцированного в Зенненлагене. По меньшей мере два танка отправили на полигон в Куммерсдорфе, где немецкие специалисты получили возможность детально ознакомится с конструкцией LT vz.35 и определить его слабые стороны. (Рис.22)

 

Рис.22 - Немецкие танкисты осваивают Pz.35(t).

 

     В процессе передачи в боевые подразделения танки LT vz.35 прошли модернизацию под немецкие стандарты. (Рис.23)

 

Рис.23 – Первые месяцы танки использовались немцами в чехословацком трёхцветном камуфляже

 

    В первую очередь, следовало заменить чехословацкую радиостанцию, работавшую только в режиме телеграфа. Дистанция стабильной связи достигала 8 км, при условии, что танк стоял. На ходу даже на дистанции 3-4 км связь была плохой. Недостатки были и в установке самой радиостанции, не говоря уже о том, что радиостанция работала на других, нежели у немцев, частотах. Немцы поставили свои аппараты Fu2 или Fu5, которые могли работать в режиме телефона. Демонтировали и примитивную ламповую систему внутренней сигнализации между командиром и водителем. Несмотря на то, что места для экипажа из 4-х человек в боевом отделении было маловато, за счет сокращения боезапаса до 72 выстрелов и 1800 патронов, ввели ещё место заряжающего. Т.е. в танке стало 5 членов экипажа. Существует диаметрально противоположное мнение об изменении боезапаса LT vz.35 немцами. Пишут, что боекомплект был увеличен до 78 выстрелов и 2250 патронов, при этом помимо бронебойного и осколочно-фугасного снаряда появился еще подкалиберный. Таким образом, утверждение о пяти членах экипажа смотрится несостоятельно.  Другие изменения коснулись установки стартера Bosch, светомаскирующей фары Notek, а также габаритных и конвойных огней немецкого стандарта. Зачастую на надгусеничные полки и крышу моторно-трансмиссионного отделения укладывали дополнительные топливные баки.

     В августе 1939 года прошло переформирование частей первой линии, в результате чего 65-й танковый батальон был включен в состав 11-го танкового полка. В свою очередь полк входил в состав 1-й легкой дивизии (1.Leichte Division, командир – генерал-майор Вильгельм фон Лопер). В составе дивизии, помимо прочего, значилось 112 танков Pz.35(t). Накануне нападения на Польшу, 1-й легкая дивизия вместе с 13-й моторизованной дивизией образовывала 14-й корпус 10-й полевой армии группы армий «Юг».

    В общей сложности, к 1 сентября 1939 года, вермахт располагал 174 Pz.35(t), что составляло чуть более 5% танков. (Рис.24)

 

Рис.24 - С крестами на броне.

 

     По немецким данным, за всю польскую кампанию было подбито и уничтожено 11 танков Pz.35(t), из которых 8 отремонтировали и вернули в строй. (Рис.25, Рис.26)

 

 

Рис.25 - Подбитый в бою немецкий LT vz.35, Польша, сентябрь 1939г.

 

Рис.26 - Выбивание смотровых приборов было нередким повреждением от огня польских 20-мм орудий.

 

     Пишут и так: безвозвратные потери составили всего 7 машин, ещё 10 имели боевые повреждения, но позже их отремонтировали. Согласно другим источникам, потери Panzerwaffe в танках Pz.35(t) в период с 1 сентября по 1 октября 1939 года составили 26 штук. Есть еще одно мнение, что во время польской кампании 1-ая легкая дивизия потеряла 77 танков 35(t) - как от воздействия огня противника, так и по другим причинам; по завершению боевых действий все они были отремонтированы и вновь вошли в строй.

    Вернувшись на прежнее место дислокации, 1-я легкая дивизия была пополнена техникой и личным составом, а 18 октября 1939г. на её основе началось формирование 6-й танковой дивизии (6.Panzer Division). С учетом естественной убыли, количество танков Pz.35(t) сократилось и большую половину материальной части дивизии теперь составляли танки немецкого производства.

     Непосредственно перед началом Французской кампании, в апреле 1940 года, 6-ю танковую дивизию перебросили в г. Майен. На тот момент в ней насчитывалось 118 Pz.35(t) и 10 командирских танков, созданных на базе LT vz.35. Согласно другим источникам, на 10 мая количество танков Pz.35(t) оценивалось в 106 единиц – по всей видимости, здесь учтены только боеспособные машины без командирских вариантов. Третьи источники приводят, что к 10 маю 1940 года в составе 6-й танковой дивизии числилось 157 танков Pz.35(t) плюс 14 командирских танков. Впрочем, в рабочем состоянии находилось 102 танка.

    Действуя в составе 41-го танкового корпуса, дивизия добилась быстрого успеха, в течение трех суток прорвав фронт. Вбитый во французскую оборону танковый клин, на острие которого находились сразу три танковые дивизии (1-я, 3-я и 6-я), создавал угрозу полного уничтожения оставшихся позади подразделений французской армии. 16-28 мая 6-я танковая дивизия успешно действовала против британских войск, полностью разбив 36-ю пехотную бригаду и атаковав штаб Экспедиционных сил. В самом конце мая 6-я танковая дивизия была переброшена на юг и включена в состав танковой группы под командованием генерала Г. Гудериана. Однако, уже 30 мая, после тяжелых боёв, 6-я дивизия была отправлена в тыл для отдыха и пополнения. Спустя 10 дней части 6-й танковой дивизии вновь вступили в бой, приняв участие в форсировании реки Эна в районе г. Ретель. Затем немецкие танки были переброшены в Шампань, где 15-го июня они перешли через канал Марна-Рейн. В течение 21 июня танки 6-й дивизии подавили сопротивление французов в районе г. Эпиналь, завершив своё участие во Французской кампании.

     Общие потери (по немецким данным) в Pz.35(t) составили всего 15 танков, из которых 12 удалось отправить в тыл и восстановить на заводе фирмы Škoda-Werke. По другим сведениям, только безвозвратно было потеряно 55 Pz.Kpfw.35(t), включая командирские машины. (Рис.27)

 

Рис.27 – Уничтоженный Pz.35(t).

 

     После завершения боёв во Франции 6-я танковая дивизия была передислоцирована на полигон Арис, где 11-й танковый полк получил пополнение в виде отремонтированных танков Pz.35(t), поступивших с чешских предприятий и из резерва. По состоянию на июнь 1941 года в его составе числилось 149 танков Pz.35(t) и 11 командирских танков, созданных на базе LT vz.35. По другим сведениям, на 1 июня 1941 года в вермахте насчитывалось 198 танков этого типа, из которых 11 находились в ремонте. В боевых частях, развёрнутых у границы СССР, имелось 149 танков 35(t). Пишут также, что к 22 июня 1941 года в составе 6-й танковой дивизии официально числилось 160 Pz.Kpfw.35(t), из которых 11 относились к командирским версиям. 

     Согласно плану операции «Барбаросса», части 6-й танковой дивизии входили в состав 4-й танковой группы генерала Э. Гепнера группы армий «Север». Безвозвратные потери за 22-28 июня Pz.35(t), оцениваются, по одним данным, не более, чем в 10 танков, по другим – в 26 штук. Эти факты являются лучшей иллюстрацией утверждения, что тактико-технические характеристики конкретных танков вовсе не являются залогом успеха на поле боя. (Рис.28)

 

Рис.28 - Июнь или июль 1941г.

 

    Боеспособность танков Pz.35(t) 6-й танковой дивизии за счёт оперативной деятельности ремонтных бригад сохранялась на высоком уровне - например, на 23 августа в строю числилось 118 танков. К 1 сентября имелось 108 линейных и 5 командирских машин плюс 8 в ремонте. Далее вплоть до 10 сентября 6 танковая дивизия продвигалась в сторону Питера. (Рис.29)

 

Рис.29 - Немцы на броне Pz.35(t).

 

     На 10 сентября 1941г. в составе дивизии, помимо прочего, числилось 102 боеспособных и 8 ремонтируемых Pz.35(t). 17 сентября 1941 года танки 6-ой т.д. перебросили из района Луги под Великие Луки, в полосу наступления группы армий «Центр», в подчинение 3-й танковой группы генерала Гота. Первый бой в ходе начавшейся операции “Taifun” танки Pz.35(t) приняли 4-го октября на стыке Брянского и Резервного фронтов. На 31 октября 6-я дивизия доложила о наличии боеготовыми 34 танков 35(t), 41 Pz.35(t) находился в ремонте, из них только 10 могли быть восстановлены из-за отсутствия запчастей к чехословацким танкам. К тому времени безвозвратные потери машин Pz.35(t) достигли 83 единиц. К 31 октября средний пробег для танков Pz.35(t) составлял 12,5 тыс. км. Большие потери среди танков чехословацкого производства обуславливались погодным фактором. С началом сильных морозов у танков Pz.35(t) стала замерзать пневматическая система управления трансмиссией, что сильно сказалось на боеспособности 11-го танкового полка. Решить эту проблему не представлялось возможным, поскольку конструкция Pz.35(t) не была адаптирована к низким температурам. К 10 ноября в строю имелось 30 Pz.Kpfw.35. (Рис.30)

 

Рис.30 – Под Москвой.

 

      В таких условиях 15-го ноября 1941 года танкистам 6-й танковой дивизии пришлось принять участие втором этапе наступления на Москву в направлении на Завидово. Экипажи Pz.35(t) двигались вперед до 27-го ноября, войдя в Клин, но 29-го им пришлось уже отступать. Растянув коммуникации, части 6-й танковой дивизии оставили на дороге у Клина почти все свои танки. Немногочисленные уцелевшие Pz.35(t) сумели избежать окружения и, отойдя на 90 км, заняли позиции у реки Лама. Здесь фронт стабилизировался до начала января 1942г. Практически не получая подкреплений, 6-я танковая дивизия была вынуждена довольствоваться тем, что осталось после операции “Taifun”. Несмотря на резко снизившийся ударный потенциал командование вермахта задействовало это соединение в боях в районе Зубцова и Ржева, где танки Pz.35(t) воевали в составе 9-й полевой армии генерала Моделя. По другим сведениям, последний танк Pz.35(t) был подбит в бою на Восточном фронте 10 декабря 1941г. и более танки этого типа в качестве боевых машин на фронте не использовались. Однако встречается, что по состоянию на 10 января 1942 года в 6-й дивизии имелось 22 танка Pz.35(t), из которых рабочими являлись 5 командирских машин. К началу марта 1942 года чехословацких танков Pz.35(t) в частях первой линии на Восточном фронте почти не осталось. (Рис.31)

 

 

Рис.31 - Трофейный Pz.35(t) в советской Кубинке.

 

   Безвозвратные потери танков Pz.Kpw.35(t) на Восточном фонте составили 142 штуки.

    Уцелевшие машины, которые в это время находились в составе Венского арсенала, ещё некоторое время использовались для поддержания порядка на оккупированных территориях. Танки Pz.35(t), которые восстановить не удавалось, отправляли на переплавку. (Рис.37)

 

Рис.37 - Немцы с танками Pz.35(t).

 

     Снятые с танков Pz.35(t) башни были использованы для оборудования бетонных бункеров на побережье Дании и Атлантического вала – считается, что на эти цели было использовано около 30 башен. Единичные экземпляры также устанавливались на бронепоездах, которые участвовали в противопартизанских операциях в тылу.

     Есть сведения, что в последний раз танки Pz.35(t) использовались ходе боёв в Восточной Германии, когда их задействовали против советских войск.

    Еще одним крупным оператором танков LT vz.35 оказалась Болгария. В середине 1940г. немцы передали болгарам партию из 26-ти LT vz.35, числившихся до этого времени в резерве вермахта. Служба болгарских LT vz.35 проходила мирно до сентября 1944г. (9 сентября 1944г. Болгария перешла на сторону СССР). Осенью 1944г. танки LT vz.35 в составе смешанного батальона отправили на помощь коммунистам, действовавшим в Югославии. После непродолжительных боёв болгарские танки вернулись на родину. В марте 1945 года, по причине сильного износа конструкции, на переплавку отправили 13 LT vz.35, оставшиеся прошли улицам Софии в честь праздника 1 мая. Окончательно танки LT vz.35, которые использовались в качестве учебных, сняли с вооружения в начале 1950-х.

    Машины на шасси LT vz.35.

     В 1939-1940гг. немцы превратили примерно 11 (иногда указывают - 20) линейных танков LT vz.35 в командирские машины Pz.Bef.Wg.35(t). Танки для командиров рот получили путем установки дополнительной радиостанции Fu7 (в некоторых источниках указывают Fu5) в корпусе (со штыревой антенной), из-за чего пришлось демонтировать курсовой пулемет. Амбразура зашивалась броневой накладкой. Изначально такой вариант обозначался Skoda (Sd.Kfz.266). Танки для командиров батальонов и полковых штабов отличались еще больше. С них демонтировали башенную пушку, заменив её на деревянный макет, и курсовой пулемет. На освободившемся месте устанавливали дополнительное командирское оборудование, включая радиостанцию Fu8. Над кормовой частью танка устанавливали рамочную антенну. Изначально такой вариант обозначался Skoda (Sd.Kfz.267). На всех командирских танках устанавливался гирокомпас. (Рис.38)

 

Рис.38 - Pz.Bef.Wg.35(t).

 

     Накануне нападения на Польшу в составе 1-й легкой дивизии имелось 8 машин Pz.Bef.Wg.35(t). Перед началом французской кампании в 6-ю танковую дивизию включили 10 Pz.Bef.Wg.35(t). По состоянию на июнь 1941 года в составе этой дивизии числилось 11 Pz.Bef.Wg.35(t).

    Весной 1942г. немцы приняли решение переделать сохранившиеся танки LT vz.35 под артиллерийский тягач Munitionschlepper 35(t). Таковой проект появился в марте 1942г. С серийного танка LT vz.35 (он же Pz.35(t)) демонтировалась башня и вооружение (вырез под башню закрывался брезентом), а к кормовой части корпуса приваривалась балка с буксирным крюком. Кроме того, на левой надгусеничной полке крепились четыре канистры с топливом. (Рис.39)

 

Рис.39 - Проекции артиллерийского тягача Munitionschlepper 35(t).

 

Полученный после такой переделки тягач мог транспортировать артиллерийскую систему массой до 12 тонн и часть боезапаса к ней. Выпуском этих машин занялась фирма Škoda-Werke. До конца 1942 года было получено 37 тягачей Munitionschlepper 35(t). В следующем году сдали ещё 12 машин этого типа, после чего, видимо, резервы танков Pz.35(t) видимо исчерпались. (Рис.40)

 

Рис.40 - Munitionschlepper 35(t) в реальном виде.

 

К теме САУ на базе LT vz.35 в 1943г. обратились румыны.

    В период с июля по сентябрь 1943 года румынская фирма Leonida провела работы по переделке танка R-2 в противотанковую самоходную установку ТАСАМ R-2. На танке вместо стандартной башни устанавливали трофейную советскую 76,2-мм пушку ЗИС-3. Опыт признали удачным, и в феврале 1944 года был получен заказ на постройку 40 САУ, но до сентября удалось переделать только 20 танков. (Рис.41)

 

Рис.41 - САУ ТАСАМ R-2.

 

    В феврале 1944 года было принято решение сформировать механизированную группу “Cantemir”, куда, помимо прочего, включили две батареи противотанковых САУ из 14 ТАСАМ R-2. По состоянию на ноябрь 1944 года в строю находилось 12 штук ТАСАМ R-2. (Рис.42)

 

 

Рис.42 - ТАСАМ R-2 в музее.